Стрелок Из Лука в Австралию (strelokizluka) wrote,
Стрелок Из Лука в Австралию
strelokizluka

Category:

Так говорил Заратустра. О мигрантах.

1


Однажды, когда усталый Заратустра сидел на камне возле пещеры своей, ощутил он внезапно нахлынувшую на него тоску. Как легкий ветерок перед закатом налетела она на него и прижала дух его к земле. Огляделся он вокруг и неожиданно для себя подумал: "Вот много знаю я и многое повидал около пещеры своей, но орел и змея рассказывали мне о чудном Городе на горе с карамелью на берегах кисельных рек. Сладко живут там дивные жители, все организованно у них и продумано на 100 лет вперед. Так не они ли те самые, Новые люди, не их ли ищу я, о одинокий странник в своем родном краю?" Подумав так, вскочил он, преображенный, и добавил, вскинув руку в сторону заката: "Пресытился я сидением в смраде и тьме пещеры своей! Летите туда, предвестники перемен, и скажите, что иду я, Заратустра, к ним чтобы поддержать и укрепить их в делах защиты меньших и восславления сильных! Хочу присоединиться я к ним, золотым тысячам, чтобы впитать знания их и строить новый мир, и, если угодно будет им, поделюсь знаниями и опытом своим с ними."

Так началась иммиграция Заратустры.

2

Долго плыл он на корабле в тот край, где по слухам райские сады плодоносили Новым людям. Наконец, когда уже дух путешествий утих в нем, достиг он границ Города на горе, стены которого были высоки и из-за них доносились влекущие звуки флейты. Но ворота в тот город были закрыты, и глубокий ров преграждал путь к ним. Стражник на воротах же, оглядев Заратустру, сказал небрежно: «Жалок вид твой, странник, и не велено пускать нам таких в город. Богато живем мы и трудимся, и нет места для философов и лентяев у нас, ибо достаточно и своих. Что можешь ты того, что не умеют делать жители наши?» Ухмыльнулся Заратустра, и так отвечал ему: «Разве не слыхали вы обо мне, пусть даже и стоя на воротах? Много странствовал я, Заратустра, и везде ученые мужи внимали речам моим, и короли были рады когда сидел я рядом с ними. Отведите меня к чиновникам вашим, и пусть они решат где пользы мне больше будет в городе с Новыми людьми.» И так как день шел к концу, сжалились они и пустили его в Город на горе.

Войдя внутрь городских стен, пред взором Заратустры предстала большая городская площадь с высокими зданиями. Множество людей радостно хохотали, предаваясь утехам, и дух веселья и беззаботности царил там. Много увидал и много понял Заратустра, бредя к городскому чиновнику, ибо цепкий взгляд и прожитые годы не требуют много времени чтобы понять суть вещей.

Войдя в ратушу, предстал он перед старым чиновником, ведавшим делами вновь прибывших. Устало взглянул он на Заратустру, и сказал: «Велик поток искателей новой жизни, когда же иссякнет он?» Ответил ему так Заратустра: «К чему речи твои? Всяк кто хочет преодолеть человеческое, достоин жить не среди грязи и смрада, а среди песен птиц и благоухания цветов. Только избавившись от потребностей, можно размышлять о свободе и жить как птица. Не за этим ли идут в Город на горе?» На это усмехнулся старый чиновник: "Долго живу я в городе, видел я и таких как ты. Приходили они в поисках новой жизни, неуемные, и быстро успокаивались здесь. Чудны воззрения твои - что ищешь ты? Лучшего человека вырастили мы – не мечтает он о пустом и непонятном, если чрево его наполнено и разум сладострастием отуманен. «Работай, потребляй, сдохни» - вот что считаешь добродетелем в Городе на горе. Если трудишься на чрево свое - то обязан потреблять чтобы общество не распалось, и потреблять много и всласть. Есть тело и ничего кроме тела - не твои ли слова? Вот и живем мы как говорил ты ранее - насыщаем тело яствами и удовольствиями, а дух показным милосердием и заботой о меньших братьях. Власть народа у нас и все живут как хотят, и делают что вздумается – те, кто по праву рождения – здесь правят, а пришлые трудятся в поте лица чтобы жить не хуже.» Задумался Заратустра, но так отвечал в сердце своем: «Все так и мои слова верно ты повторил, но смысл их искажен давно в Городе на горе. Трудится должно, но не для чрева – а больше для того, чтобы затем беззаботно дух свой просвещать. Ибо только преодолев инстинкты, откроем мы ворота в храм Сверхчеловека, где достоинства каждого востребованы и потребности благородных духом малы и удовлетворены. Все красиво в Городе на горе, и в храмах много народа отдыхает – но пусто внутри у жителей, и меланхолия заполнила их давно. Дети ваши давно уже не голодают, но души их голодны к познанию нового, которого они не находят в городе. В грусти проходят дни их, пока родители бегут в колеснице потребления. С досками уйдете, не взяв ничего, но потомки будут плевать в могилы ваши когда поймут, что развращены души их и помыслы примитивны. Видел я уже стаи голодных волков рядом с городом, и солнце уже не так как прежде освещает стены его.»

Слушал его чиновник, не перебивая, только отведя взгляд и задумавшись о чем-то. «Слишком умен ты для нас, слишком много вопросов задаешь и недостатки наши мозолят тебе глаза. Произошли мы от животных, и сами мы боги себе, и все желания наши святы, ибо запреты сами мы себе и другим народам устанавливаем. Свобода моя там кончается, где свобода другого начинается – и не смеет пришлый учить нас, как жить! Много говоришь ты как варвар, и не понимаем мы тебя. За стенами города был ты философом и ученым, но не нужна нам такая философия – тут же станешь выгребать ты испражнения наши в большой яме. В этом будет твоя роль в обществе Новых людей в Городе на горе, в который ты так стремился. И если будешь усерден ты, то через пару лет ростовщик наш ссудит тебе деньги и сможешь ты жить уже не в хлеву с козами, а в сарае. Если не нравится – уходи, не ждал тебя тут никто!»

3

Много месяцев трудился Заратустра стоя по колено в выгребной яме. И так как изобретателен он был и страстен, то очень быстро придумал как сделать работу свою легче и совершеннее. По советам его проложены были каналы по улицам к каждому дому жителя Города на горе, и все стекались они в один большой канал и уходили прочь из города. Возрадовались жители, ибо теперь даже запахи не омрачали жизнь в Городе на горе, и призывали воздать хвалу Заратустре как великому архитектору. Знатные жители допускали его к себе, и не было нужды уж у него ни в чем.

И когда вскоре пришел день празднования дня города, то веселились жители города беззаботно и придавались утехам больше обычного. Грустно взирал на этот праздник Заратустра, и когда обратились с почестями к нему жители города, так молвил он им: «Стремился я в ваш город, ибо казалось мне, что только здесь мысли мои и таланты востребованы будут. Что же, сыт я теперь и живу в тепле, но холод и голод в душе моей. Молитесь вы богам, что дают вам наслаждения, и проводите вы жизнь свою в трудах, чтобы оплатить кров свой. И если нет нужды уж ни в чем, то придумываете вы новые потехи, и шуты ваши устанавливают нравы ваши. Угнетаемые вами теперь диктуют вам, как жить, и прелюбодеяние и мужеложество считается у вас за честь. И если кажется кому, что сильны вы пока, то чувствую я, Заратустра, что гниль и вонь у вас в душе та же, что и рядом с пещерой моей были. Не видите вы ее, ибо слепы и вы, и поводыри ваши, и если пойдете дальше, то окажитесь на дне этой выгребной ямы.»

Со словами этими Заратустра, стоя у устья повернул рычаг и закрыл ворота главного канала, перекрыв его. И нечистоты повернулись вспять и полились в город. Крик  изумления и негодования пронесся по Городу на горе, и впервые, закашляв, смолкла сладкоголосая флейта, влекущая в город новых жителей.

Немедля удалился Заратустра из Города на горе, в последний раз оглянулся и сказал: «И я был одурманен голосом флейты и рассказами друзей моих. Верно сказано - там хорошо, где не был еще! Но пуст уже Город на горе, и тучи сгущаются над ним. Не лучшее место для пытливых умов там, ибо годен человек более всего там, где рожден и воспитан, а не там, где ему сладко есть и мягко спать. Так пусть Новые люди, те, кто жаждут изменений, не попадутся на искус сладкоголосой флейты! Пусть войдут они в Город на горе, пусть узрят они сами все мифы иной жизни – но пусть продолжат они искать не останавливаясь, не боясь вернутся к пещере – ибо лучше быть в пещере с братьями моими орлом и змей, мечтающими о высоком, чем с людьми, стремящимися к низменному. Ищите счастье внутри себя, об братья мои, и на пути этом с вами, с вечными искателями и скептиками, цинниками и новыми романтиками буду я идти рядом в поисках Нового духа, нового смысла бытия в краю далеком или близком! Ибо помните:

Иммиграция есть нечто, что должно преодолеть!"

Tags: иммиграция в Австралию, мысли
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author